ingenieurin: (dog2)

Первый солнечный луч пробуждает меня ото сна, я сладко потягиваюсь после тяжелой беспросветной ночи и обнимаю тебя. Ты недовольно морщишься и, не открывая глаз, задергиваешь штору поплотнее. Тщетно: сегодня выдалось на удивление яркое зимнее утро, оно настойчиво ломится в комнаты светом холодного солнца, искрящейся белизной снега. Звонит будильник, ты охаешь и встаешь с постели. Видишь в зеркале отражение хмурого сонного лица, отворачиваешься. Вернувшись в комнату, ты отдергиваешь шторы, оглядываешь уютно спящие в снегу дома и деревья и впервые улыбаешься. Ты садишься завтракать, я бесшумно устраиваюсь рядом. Ты не видишь меня и не слышишь, но я призраком следую за тобой, когда ты ходишь по квартире. Совсем нестрашным, любящим призраком. Я знаю о тебе все.

В такой пригожий день не грех пройтись до работы пешком. Легкий морозец щиплет щеки, ты прячешь лицо поглубже в меховой воротник. Я счастлива. Призракам не место в общественном транспорте: там я теряюсь, мнусь в толпе, корчусь в судорогах. Я ненавижу автобусы и маршрутки, и все места, где много людей — людей, которые отбирают тебя у меня. На работе у тебя есть отдельный кабинет. Я стою, прислонившись к стене, и наблюдаю за тобой: как ты напряженно вглядываешься в монитор, будто ища там ответ на свой вопрос. Ответ в твоей голове, ты понимаешь это, поэтому ты встаешь, неспешно делаешь себе кофе, закуриваешь, рисуешь на клочках бумаги непонятные иероглифы. Потом резко выпрямляешься и быстро-быстро стучишь по клавишам. Так проходит день. Тебя вызывает начальник и, не обращая внимание на выполненное с такими трудами задание, огорошивает тебе очередной своей идеей. Время от времени коллеги забегают поболтать о футболе, о вчерашней пьянке, о нехватке денег. Добрая девочка из отдела рекламы приносит кусок торта на пластиковой тарелке. Ты в считанные секунды съедаешь торт и устало откидываешься на спинку стула. За окном уже темно, неслышно падает хлопьями снег, мы идем домой. Читать дальше )

ingenieurin: (Default)

Идейному вдохновителю посвящается

Сисадмин Вася Калинин шестой час не отрывал глаз от монитора — простенького пятнадцатидюймового монитора с синими колонками по бокам, напоминающими уши. Толку от этих «ушей» было немного, поскольку звуковой карты у Васи не было, попросту говоря — его компьютер был нем, как русалочка из сказки. Он мог только пронзительно пищать встроенным динамиком, когда Васе приходила почта, как вероятно, пищала и русалочка, когда принц во время танца случайно наступал ей на ногу. Впрочем, Вася ничуть не страдал от таких особенностей компьютерной конфигурации. И впрямь, на что ему был звук, цвет и прочие атрибуты сладкой жизни, когда, как и полагается всякому хорошему сисадмину, Вася давно презрел красивости графической оболочки и работал исключительно с командной строкой.

Итак, шестой час перед Васиным взором было четырехугольное пространство монитора. Шестой, если прибавить завтрак в компании домашнего компьютера и отнять обед на работе, который традиционно проходил в разлуке с железным другом. Шестой час на черном, как ночь, экране, мерцали тусклым светом односложные Васины команды-вопросы и многострочные, почти литературные ответы системы. Интеллигентность разработчиков не позволяла системе употреблять непристойные выражения, однако общий смысл ее ответов сводился именно к отправке Васи Калинина по самому дальнему адресу, каким только располагала память. После стольких напряженных раздумий и бесплодных переговоров с системой, в голове Васи образовался как бы отпечаток этого черного прямоугольника, то в одном, то в другом месте которого временами вспыхивала яркая точка: и через некоторое время гасла без следа — совсем, как на экране осциллографа, замученного шаловливыми ручками студентов первокурсников. Читать дальше )

ingenieurin: (Marion)

Никогда еще в моей жизни риск не был так оправдан. Мне вообще никогда особенно не везло, и если была какая-то вероятность того, что со мной произойдет какая-нибудь неприятность, она обязательно происходила. Счастливые случаи под это правило не попадали: всякий раз, когда я пыталась сыграть ва-банк, оказывалось, что я поставила не на ту карту. На этот раз все было иначе.

Чего и говорить, я шла на огромный риск, стоя в полумраке подъезда и сжимая окоченевшими пальцами почти ледяную железную гантель. Мои уши ловили малейший звук, будь то проезжающая в двух кварталах отсюда машина, или грохот упавшей сковородки на верхнем этаже. Я чувствовала, что они подрагивают, как у дикого животного. В любую минуту могла открыться входная дверь и осветить широкий прямоугольник: шесть ступенек лестницы, растрескавшиеся перила, синюю стену с безграмотным «Fack you»: все, кроме моего темного угла. Впрочем, зашедший мог запросто обронить ключи или просто остановиться, чтобы отдышаться, прямо напротив меня, и что тогда? Собственно говоря, так и случилось: мальчишка лет шестнадцати прошмыгнул мимо, услышал звон падающего ключа и вернулся на пару ступенек назад. Он скользнул по мне взглядом: я затянулась поглубже и тонкой струйкой выпустила дым — просто девушка, нырнувшая в чужой подъезд погреться и перекурить. Он поднял ключ и побежал дальше.

Я потушила сигарету и снова сунула руку в сумку, нащупывая гантель. Я уложила ее поудобнее, то есть так, чтобы можно было мгновенно извлечь ее наружу, и поглядела на часы. Четверть третьего: сколько еще осталось ждать? Читать дальше )

ingenieurin: (chiana)

01.11.2001 четверг

22:00

Сегодняшний день начался с обычного волшебства. Я стояла на автобусной остановке в самый час пик, когда ленивые студенты едут на вторую пару, а солидные дяди и тети — на работу, то бишь около девяти часов утра. Плотная толпа людей, одетых в одинаковые темные пальто и куртки, напоминала пчелиный рой, грозящий вот-вот рухнуть с бордюра прямиком под колеса автомобилей. То тут, то там вытягивалась чья-нибудь шея, и тревожный взор впивался в дымчатую даль. Автобуса не было уже двадцать минут. И вот, наконец, показалась знакомая боевая раскраска — белая в красную полоску, и вместилище человеческой скорби на четырех колесах подкатило к остановке. Рой зашумел и скучился еще больше.

Я стояла в стороне и лениво наблюдала за ежеутренней давкой. Пытаться принять в ней участие значило получить пару-тройку серьезных физических и моральных травм. Поэтому я благоразумно заняла позицию наблюдателя. Кто успеет влезть в автобус первым? Кто будет последним счастливцем, чей нос крепко влипнет в стекло захлопнувшейся двери?

Я пристально посмотрела на красно-белый бок автобуса...y-yпс!.. он проехал чуть дальше толпы и остановился, распахнув двери прямо передо мной. Я мигом впорхнула внутрь и уселась у окошка.

Как я уже сказала, это чудо было вполне обыкновенным. Не было ничего особенного и в том, что налетел ветер, и старый клен осыпал меня дождем желтых листьев. Один из них запутался у меня в волосах. А ветер продолжал хулиганить: он взметнул с асфальта очередной ворох мелкой листвы и принялся вихрем кружить ее вокруг меня, описывая самые замысловатые фигуры. Несколько минут я стояла, не дыша, созерцая это чудо. А потом с сожалением отправилась дальше — пара уже началась.

Каждый день в институте непременно отмечен каким-нибудь событием. Сегодня на лекции по физике в аудиторию влетел голубь. Не знаю, откуда он взялся — возможно, из разбитого окна где-то наверху — но он принялся нахально летать над головами студентов, привлекая к себе всеобщее внимание. Затем голубь утихомирился и занялся чисткой перьев, примостившись под крышей. Впрочем, это заняло немного времени, и вскоре он вновь запорхал по аудитории. Студенты веселились вовсю. Преподаватель с тревогой поглядывал вверх, явно опасаясь за сохранность своего элегантного костюма. А негодная птица спикировала вниз и, хлопая крыльями, приземлилась прямиком на мое плечо... Читать дальше )

ingenieurin: (питер)

В соавторстве с Анной Омельяненко

— С тех пор, как господин Кольбе убил своего брата, нет ему покоя на этом свете, — произнес старый рудокоп, с многозначительным видом покусывая трубку. — Недобрый он человек, вот что я тебе скажу.

— Брось, Петер, — оборвал его более молодой товарищ. — С твоей стороны грех говорить такие вещи про господина Кольбе, ведь он твой хозяин. Разве он сделал тебе что плохое?

— Ты погоди, не перебивай, — старик не спеша вынул трубку изо рта и выпустил кольцо дыма. — Проживи с мое, прежде чем перебивать старших. Ты парень молодой, в жизни мало чего смыслишь: одни девки да танцы на уме. А я знаю, что говорю: нечистые деньги до добра не доведут. Ты думаешь, господин Кольбе всегда был таким богатеем? Нет, сынок. Ты не из здешних мест и не знаешь, как все начиналось. Были времена, когда господин Кольбе был беднее нас с тобой. Звали его тогда просто Генрихом-невезучим и работал он на вот этих самых рудниках. Вкалывал, как мы с тобой, до седьмого пота, а в карманах все пусто было. Не шло к нему счастье.

И вот как-то объявился в нашей деревне какой-то богатей. Денег у него, говорили, куры не клюют, а камней дорогих и того больше — целые сундуки. А богатей-то этот был не кто иной, как старший брат Генриха, который в незапамятные еще времена ушел из деревни. Только теперь он со своими родичами и знаться не хотел. Выстроил дом на краю деревни и собак завел, злющих, чтобы Генрих к нему и на шаг не подходил. Вот так-то.

Не знаю, как там вышло, но нашли этого богача зарезанным в собственном амбаре. А деньги и прочие богатства— как ветром сдуло. Искали — искали, да так ничего и не нашли. А через месяц, смотри-ка: Генрих себе новый дом отстроил, да какой! Раньше на хозяина спину гнул, а теперь сам батраков завел. Читать дальше )

ingenieurin: (Default)

Посвящается Сашке :)

Близился полдень, но солнце все еще не показывалось из-за серой пелены облаков. Судя по всему, оно собиралось оставаться там по меньшей мере до завтрашнего утра, и, надо сказать, это было очень мудро с его стороны. В кронах деревьев зловеще шумел ветер, на небе собирались темные грозовые тучи — словом, все предвещало надвигающийся дождь.

Я неторопливо кружила по городу, стараясь держаться поближе к до-мам, к земле. В такую погоду маленькой птичке лучше не забираться чересчур высоко, в заоблачные дали, где ревут и бесятся ветра. Сидеть же, нахохлившись, под крышей, подобно остальным моим родичам, мне тоже не хотелось. Поэтому я решила совершить небольшой моцион...

Ох уж эта моя тяга к романтике!.. Ничего не скажешь, заманчивая идея — поблуждать по улицам большого города, задумавшись о сокровенном и не глядя по сторонам. К тому же погода как нельзя более располагала к уединению и светлой печали. Ах, если бы я знала, чем обернется для меня эта прогулка!..

В тот день меня почему-то обуяла страсть к неизведанному, и я ре-шила отправиться в ту часть города, где мне раньше не приходилось бывать. Я неторопливо летела вдоль поднимающихся ввысь незнакомых зданий, лабиринты улиц уводили меня все дальше и дальше от родного гнезда. Я провела таким образом несколько часов, пока не поняла что мои слабенькие крылышки давно уже просят пощады. Не дожидаясь, пока они окончательно откажут мне повиноваться, я присела на ближайший карниз, перевела дух и любопытства ради заглянула в окно... Читать дальше )

ingenieurin: (chiana)

Ночь на дворе — глухая темная ночь. Давно затихло нестройное пение шатающихся по улицам гуляк. Придя домой, они завалились спать и сейчас уже, должно быть, десятый сон видят. И совсем далеко еще от того предрассветного часа, когда в редких окнах домов зажигается свет и кто-то в полудреме бредет на кухню, ставит на огонь чайник. Темно и тихо. Все спят.

«Ау-у-у-у!» Я вздрагиваю и просыпаюсь от тоскливого воя собаки из соседнего двора. «Ау-у!» Немудрено, что несчастному животному не спится — в такую-то ночь! Я подхожу к плотно зашторенному окну, слегка отодвигаю занавеску и долго-долго стою босиком, любуясь огромной белой светящейся луной. Вот оно — мое времечко, мой заветный, давно ожидаемый час — час исполнения моих безумных желаний, которые копошатся в моей душе целый месяц, чтобы в одну прекрасную ночь вырваться на волю и закружиться в бесовском танце!..

Но тс-с-с!.. Рядом спит сестра — спит крепко, и тем не менее, ни в коем случае нельзя допустить, чтобы она о чем-нибудь догадалась. Поэтому я на цыпочках выхожу в коридор и останавливаюсь перед зеркалом, в котором отражается кусок полной луны. Этого блика вполне хватает для того, чтобы осветить мою фигуру. Я в последний раз за эту ночь гляжу на себя в зеркале, затем наклоняюсь, беру ночную рубашку за подол и стягиваю ее через голову. Как жаль, что мне никогда не удается увидеть этот процесс целиком! Сначала исчезают ноги, затем туловище, плечи, шея, лицо и, наконец, кончики пальцев, стягивающих одежду: Когда я снова гляжу в зеркало, моего отражения уже нет. Я — свободна!.. Читать дальше )

ingenieurin: (Marion)

Склоны у моря давно стали излюбленным местом сбора толкинистов — наверняка многие уже наслышаны о сих достойных любителях фэнтэзи, которые обряжаются в невиданные одежды и устраивают рыцарские турниры. Поэтому никто не удивился, когда в один прекрасный день на склоне появился молодой человек диковинной наружности, который свернул с асфальтированной дороги и, срезав путь прямехонько по траве, исчез в кустах. Человек был закутан в темно-зеленый плащ, за спиной нес длинный лук и колчан со стрелами и ступал по сухим листьям почти неслышно.

А погода стояла в этот день и вправду пригожая: солнце светило высоко в голубом небе, с востока дул свежий морской ветерок. На поляне, усыпанной опавшими листьями, расположились — не много, не мало — девять человек. Вернее, расположились-то из них всего трое — они сидели под деревом и распевали песни, а остальные в это время развивали бурную деятельность. Грэй и Тролль не на шутку рубились на мечах, подальше от них коварный Ящер норовил пырнуть ножом ни в чем не повинную Хантер, а уж совсем далеко — дабы не веселить праздных зевак — Мэрион, с трудом натягивая тетиву и отбиваясь от ожидающей своей очереди Мишель, разбрасывала казенные стрелы.

«Эй!» — воскликнула Мэрион, когда шальная стрела чуть было не угодила в вышедшего из кустов незнакомца. «Так и убить можно,» — пробормотала Мишель, удивленно глазея на пришельца. Насчет убить, это она, конечно, погорячилась — наконечники-то были резиновые, да и силушки Мэрион явно не хватило бы на убиение. Незнакомец только улыбнулся и прошел мимо ошарашенных девушек. «Знакомый Тролля,» — подумала Мэрион. «Из старой команды», — решила Мишель. Читать дальше )

ingenieurin: (dog)

Дом номер шесть, квартира девятнадцать. Дом номер шесть, квартира девятнадцать... Какое счастье, что есть на свете журналы посещаемости!

Сегодня на перемене Аня случайно заметила журнал на столе у старосты третьей группы и от нечего делать принялась его листать. Внутри не было ничего интересного, одни только точки и «н» напротив фамилий, не то, что в школе. Вообще, ко всяким институтским диковинкам трудно было поначалу привыкнуть. Но открыв журнал на последней странице, Аня возликовала: староста заставил-таки студентов заполнить его своими личными данными, вот умница! Аня быстро нашла нужную фамилию и едва успела проговорить про себя адрес, как прозвенел звонок и началась лекция.

Вы скажете, почему бы не узнать адрес более легким способом? Спросить у кого-нибудь из его друзей: и выдать себя. Спросить непосредственно: с какой это стати, если они едва знакомы? Теперь вы скажете, зачем ей адрес малознакомого человека? Не задавайте глупых вопросов девушке, ум-разум которой затуманен очередной большой любовью!

«Дом номер шесть, квартира девятнадцать...» — бормотала себе под нос Аня, быстро-быстро спускаясь по лестнице по окончании лекции.

— Привет! Как дела? — крикнул кто-то, пробегая мимо. Читать дальше )

ingenieurin: (Marion)

Обрывки снов... Но это только сны -
Расплывчаты, размыты, словно тени...
Неясный блик тускнеющей луны -
И гаснут краски тающих видений
Под тихий звон неведомой струны.

Йовин

За решетчатым окном замка занималось утро. Холодный синий туман застилал дальние холмы, где-то из самой его гущи, над лесом, пробивалось солнце. Леди Мэрион, склонившись над шитьем, даже не заметила, как прошла ночь и наступило утро. Только лязг окованных железом ворот и лай собак заставил ее поднять голову и поглядеть вниз. Отец собирался на охоту. Мэрион спряталась за ставню, чтобы лишний раз не вызывать отцовского недовольства. Того и гляди, лекаря позовет, обеспокоившись ее ночными бдениями. Придется пить отвратительные настои, от которых и вправду можно расхвораться.

В дверь постучали. Мэрион вздрогнула от неожиданности и едва успела перевернуть шитье лицом вниз, как в спальню вошла ключница.

— Леди снова не выспалась? — с неудовольствием спросила она. Помимо своих прямых обязанностей, ключница была приставлена к Мэрион в качестве няньки. — Я распорядилась накрыть стол. И если госпоже будет угодно спуститься...

Ключница не договорила и вышла, напоследок внимательно окинув комнату взглядом. Мэрион перевела дух. Пора была одеваться к завтраку, не то старуха непременно донесет отцу, что у молодой госпожи пропал аппетит. С детства приученная делать то, что велят, Мэрион знала, что самых главных людей в замке Лифорд — отца, привратника и няньку — лучше не гневить без нужды. Поэтому через минуту она уже спускалась в обеденный зал, а шитье так и осталось лежать на кровати. Из льняных складок полотна выглядывало чье-то суровое черноглазое лицо. Читать дальше )

Custom Text

Profile

ingenieurin: (Default)
Marina Omelianenko

May 2014

S M T W T F S
     123
4 567 8 9 10
11 1213 1415 16 17
18 192021222324
2526 2728293031

Most Popular Tags