ingenieurin: (Default)

Иду вперед.
Пусть ветер к земле гнетет,
Но тает в далеком сне
Все то, что постыло мне.

Вперед.
Пощечина кожу жжет,
Но цель видна, и отнюдь
Теперь не напрасен путь.

Иду
В застывшем во льду аду.
Никем оказался друг
И лиц разомкнулся круг.

Мне нужно идти вперед
Туда, где в засаде ждет,
Сжимая в руке кистень,
Еще один новый день.

ingenieurin: (Default)
Последняя кукла
Нитки оборвала
Одну за другой.
Прощание. Взмах крыла.
Ты больше не «дорогой».
Листва и трава пожухли.
Домой...
Твой дом был их раем долго,
Но нет.
Стремится к свободе каждый —
И кукла, и человек,
Закованный в цепи долга.
Твой свет
Уже не в ее окошке.
Тебе ли указывать кошке,
Чей нынче обить порог?
И ее удержать не смог
Кукольник-неудачник!
Но слушай, как ветер плачет.
Не грустно ли невзначай
Пить чай
На кухне при свете лампы?
И некому уж пожать лапу
И потрепать по холке,
Ощупать холодный нос...
Дорос
Перебирать трофеи на полке,
Жалеть о тех, кто ушел,
Навек растворившись во тьме?
Как славно:
Бежать утешать,
Подхватив подол,
Теперь уж не мне...
ingenieurin: (Default)

Толпе площадной — складный слог.
По мне, хоть песнь, хоть некролог —
Звучал бы от души!
Лишь переступишь за порог,
Как сам себя запрешь в острог —
За стенами пиши!

Пускай рождается во тьме
Зверье, неведомое мне —
Нескладные стихи.
Крыло, мелькнувшее в окне,
Оскал, растаявший в вине —
Огрехи и грехи!

Не будь красивостей рабом,
О стиль и ритм не бейся лбом —
Ведь сущая тоска!
Укрась помарками альбом,
И в направлении любом
Пускай ползет строка.

А место лучшее стихам —
В столе, где пыль и всякий хлам,
Их время — впереди.
Доверь перо мечтам и снам,
И не глазей по сторонам,
И отзывов не жди!

ingenieurin: (Default)

Я больше себя не слышу.
Что толку не спать в ночи,
Взбивая подушку выше?
Утеряны все ключи —

И двери теперь закрыты,
И щели заткал паук,
И шторами позабыты
Касания чутких рук.

Я больше себя не слышу.
Что толку марать листы?
Надежда на ладан дышит,
И пеплом лежат мосты.

Утеряна карта мира
В шестом измеренье грез,
Где Муза терзала лиру,
А ветер мне звуки нес.

Под небом или под крышей —
Звенят пустотой слова.
Я больше себя не слышу.
Наверное, я мертва.

Дама

Aug. 24th, 2005 06:26 pm
ingenieurin: (Default)

Ночь-злодейка под утро меня одолела,
Разлепила мне веки и сон прогнала.
Обернулась волчицею серой и села
В изголовье кровати, что вечно мала.

Пол студеный. Окно. Предрассветные птицы.
Где-то звякнет будильник тревожно и зло.
Я берусь за привычные старые спицы
И вяжу полотно узелками из слов.

Я как знатная дама в подоблачной башне —
Что мне жизнь за оградой, людская молва!
Только час до рассвета, пожалуй, и страшен,
Да и тот — переждать тяжело лишь сперва.

Ни друзей, ни врагов у меня не осталось,
Только челядь и гости, чей скучен приход.
Мне бы просто беседы за чаем — ведь малость! —
Но напротив лишь сонно таращится кот.

Где друзья моей юности — ветер весенний?
Променяла весну на постылый покой!
Прогибаясь под грузом пустых опасений,
Замки в небе смахнула своей же рукой.

И отныне удел нестареющей дамы —
Коротать за вязанием час до утра...
Вот солнце ворвалось сквозь стекла и рамы,
На сегодня довольно. Пора...

ingenieurin: (Default)

Не по тебе, а по себе тогдашней
Скучаю вновь за письменным столом.
По замку с уходящей в небо башней —
Из снов и слов.

И не по дому твоему, что всуе
Помянут был знакомыми не раз.
И не походит тот, кого рисую,
Разрезом глаз.

Диван и книжный ряд, и свет неяркий,
Листва, нахально бьющая в окно —
Я б раздарила памяти подарки
Давным-давно!

След от испитой чаши в изголовье —
А я опять подвластна ворожбе!
Опять дышу стихами и любовью —
Но не к тебе.

ingenieurin: (Default)

Почему-то февраль. Запоздалая стужа.
Бился огнь в груди, несмотря ни на что.
И казалось, что кто-то кому-то так нужен,
Что не сможет тайком, не прощаясь, уйти.

Почему-то февраль. Сто постылых одежек.
Но тепло ненароком ладони и глаз.
И, казалось, нехоженых много дорожек
И одна непременно запутает нас.

Вот июль. Вот степные цветущие травы,
Вот покой безмятежный, луна и сверчки.
Но на всякую искру найдется управа,
Вот и брызнули в раз из-под век ручейки.

И ладони прохладны, и в сердце лишь ветер —
Как удачно среди нестерпимой жары!
Бьется ясно в висках: все романы на свете
Подчиняются правилам этой игры.

ingenieurin: (Default)
Вчера музыкой навеяло. Опять нескладушка.

О, каждый из нас отыскал в тумане огни своей пристани!
И каждый вечер, живьем замурованный в свой камин,
Сжигает свою персональную дров вязанку неистово,
Про себя повторяя, как некую мантру: «Я не один!»

И когда кругом темнота, только в наших окошках – свет!
Мы глядим друг другу в глаза, осознаем свое личное право.
Два камешка-аметиста, ежесекундно меняющие свой цвет,
Безвозвратно нашедшие каждый свою оправу.

Ни зависти, ни сочувствия. Ни ненависти, ни любви.
Каждый из нас занят тем, что выбирает свою дорогу.
В наших жизнях столько всего – ладони подставь и лови!
Куда уже тут успеть шагать еще с кем-то в ногу!

А что до зимнего вечера – ты верно, помнишь, какого! –
Что до созвучья мыслей и касания пряди волос невзначай –
Конечно, было бы славно наколдовать его снова,
Но – сам понимаешь! – сейчас недосуг… бегу! Не скучай!
ingenieurin: (Default)
Нескладушки-неладушки, и поэту по макушке!

Я тут подумала: что проку вешать замок на стихи, если рано или поздно мне все равно придется выкладывать их на свой сайт? И все же буду милосердной, оставлю хотя бы привычку прятать под кат. Итак, осторожно, читатель, ибо это писалось в минуты ужаснейшего душевного смятения...


О Господи боже (которого, если честно, там наверху, нет!)
Поезд времени идет без опозданий, напротив – чересчур быстро!
Прошу, выдай мне обратный – хотя бы плацкартный – билет,
Мне крайне необходимо увидеть все вновь и упорядочить мысли.

Ах ты скряга и моралист! «Всему свое время…» А как же любимое чадо?
Пропадай ни за грош, расплющившись в тонкой колбе песочных часов?
Прошу, пусти хоть «зайцем» на третью полку! Ну позарез надо
Увидеть воочию, услышать живьем и осознать, кто есть каков!

Молчишь? Ну и пусть, ну и ладно! Но если ты все-таки там,
В облаках, перебираешь задумчиво сухими пальцами седую бороду,
Боже, дай мне сил больше не верить беспочвенным девичьим своим мечтам,
Дай мне мудрости беречь свой скарб, не пуская при первом случае по ветру!

Дай мне светоч негаснущий, чтоб освещать и свой и чей-то чужой - вожделенный - путь,
Дай мне огнь негасимый - согреть и себя и тех, кого рядом нет…
И еще, пожалуйста, поплотней одеяло вышли – прошу, не забудь! –
Чтобы было во что с головой – когда осточертеет проклятый дареный свет!
ingenieurin: (Default)

Мой покой остался в прошлом —
Сном, записанным в тетрадь,
Изложением дотошным,
Тщетным чувства передать.

Мой покой звездой неверной
Все мерцает на пути.
С пор недавних целью первой
Стало мне его найти.

Я брожу бесплотной тенью,
Дверь ища в глухой стене.
Но желанное виденье
Не является ко мне.

Я горю свечным огарком
В суете беспутных дней.
Сердцу — душно, сердцу — жарко
В копоти чужих огней.

Обращается кинжалом —
Пусть и с розою — рука.
Ядовитым вьется жалом
Плоть любого языка.

Искривились как-то странно
Все черты любимых лиц.
...Я читаю неустанно
Книгу Огненных Страниц.

ingenieurin: (Default)

Будь счастлив! Поверь, мое напутствие искренне.
И если хочешь, в этом даже могу помочь.
Но только позволь хотя бы этими слабыми искрами
Осветить мою долгую и непроглядную ночь.

Пускай поделится с сирой, убогой она, жадная
До ясных очей, жарких речей прочих глупых, ненужных вещей.
Поди совсем не так, как кажется, кровожадна я,
Чужого брать не люблю. А ты — о, я хорошо помню, чей!

Я не войду в ваш теплый дом бедой-разлучницей,
Мне ни к чему ни чужие слезы, ни твой нервный, притворный смех.
Я воевать не стану. Получится, не получится —
Не мне решать и шансы считать на успех.

Запри же двери и ставни рукой решительной.
Стерплю, губу закусив, и тихо уйду, скорбя.
Но только помни, мое ожиданье — мучительно,
Женой, вдовой ли, послушницей — жду тебя.

ingenieurin: (Default)
(немного пафосно)

Душа – как нива после жатвы.
Глаза – как высохший ручей.
И разум, до забавы жадный,
Устал от суетных речей.

Неровным кругом от бокала
На белой ткани бытия –
Моя любовь. Уже так мало!..
Зачем же – залпом, не тая?..

Мне свет дневной теперь не в радость,
Склонилась скорбно голова,
Земная оболочка – в тягость,
Звенят бессмыслицей слова.

Цедить бы мне по капле зелье –
Завидней был бы мой удел.
Теперь же – горькое похмелье.
Будь проклят, мастер-винодел!

***

Все будет хорошо. Я просто немного устала, потому что не знаю, как примонтировать виндовые разделы в линуксе, который установлен как виртуальная машина... Вот и все. Все.
ingenieurin: (Default)
Почему-то в периоды острого душевного кризиса пишутся в основном жуткие банальности. Из чего можно сделать вывод, что душевный кризис у всех - поэтов, музыкантов и обыкновенных людей - проходит практически одинаково, с незначительными отклонениями в симптомах.

Что, моя верная, знать и тебе не спится?
Сколько же можно вздыхать, не смыкая глаз?
Поступью тихой в комнату входит волчица.
Как пережить этот долгий предутренний час?

Мы отправляемся снова сидеть на кухне.
Ноги босые, не греет зажженный газ.
Окна чужие – одно за одним – потухнут.
Ну же, давай, подруга, споем на раз.

Пальцы замерзли и струны бренчат разбито.
Голос срывается в чуть различимый хрип.
Вспомним все то, что давно уже позабыто.
Выудим прошлое из-под бумажных кип.

Сколько же лиц перевидано, рук пожато,
Выпито пива и сказано теплых слов…
Все, что хранила бережно я когда-то,
Ветром, морским песком обратилось вновь…

Где же теперь мой дом и кто со мной рядом?
Все, остаюсь – говорила я всякий раз.
Но уходила иль провожала взглядом,
Зло утирая ненужную влагу с глаз.

Споем же еще одну – про сильных и смелых,
Обопрись о мое колено и – в унисон,
У них-то поди слова не разнятся с делом,
У них-то чистая совесть и крепкий сон.

Гляди-ка, а за окном уж почти светает.
А мне на работу. Пожалуй, пора в постель.
Волчица уходит и наваждение тает.
День наступает – привычная канитель.
ingenieurin: (Default)
(в некотором роде сонет)

Не поленись и проведи черту,
Хотя бы белым мелом на асфальте,
Чтоб я затормозила на лету,
Не получив привычного пенальти.

Поверь, щелчки по носу больно бьют,
К сплетенью солнечному тяготея.
Возьми же на себя нелегкий труд
Побыть чуток тюремщиком-злодеем.

Не поленись и строго огради
Решеткой территорию свободы,
Доверия, участия, любви…
Пусть разум торжествует над природой.

Прошу тебя, границу обозначь,
Избавь от непосильных мне задач.
ingenieurin: (Default)
И вот однажды под утро солнечный луч будит…
Неужто сегодня впервые солнечный день будет?
Неужто и вправду весна – март, апрель, май?
Эй, просыпайся от зимнего сна, давай, вставай!

Луч расчертил узором диван, ковер и комод.
Щурится ясным взором рыжий бесстыжий кот.
Глянь, на небе ни тучки, а внизу – беготня,
В портфели – книжки, тетрадки, ручки – и гулять, ребятня!

Выходишь на улицу – ах! Срываешься с места,
Следом летят юбка и волосы, едва поспевая вместе.
Ветер треплет игриво цветные, смешные одежки.
В разные стороны света бегут из-под ног дорожки.

Весна!.. И еще, конечно, море, мороженное, велосипед…
Весна!.. Боже, до чего же люблю я этот зеленый цвет!
ingenieurin: (Default)
Ох, скорее пронеслась бы та гроза!
Хоть бы шаткий мир.
Ох, скорее загорелись бы глаза
Вместо чёрных дыр.

Не казни меня недрогнувшей рукой,
Лучше дай ответ -
Отчего сменил недолгий мой покой
Вереницей бед?

Оттого ли, что без ложного стыда
Пела образ твой?
Оттого ль, что не склонялась никогда
Буйной головой?

Оттого ль, что ты на волю отпустил
Колдовской огонь?
Как бы ни было - безвинную прости,
Протяни ладонь!
ingenieurin: (Default)

Ох! —
Дверь раскрытая маячит и порог.
Ветер странствий снова мною занемог.
Только-только пыль осела — вновь подвох!
Вздох...

Век —
Зимовать бы в этом радостном дому,
Чай-улыбки греть неведомо кому.
Глупый ветер, ты не сердцу ни уму —
Ни к чему!

Но —
Выпит чай и все раздарено давно,
Служба-дружба не крепчает, как вино.
Снова слышу распроклятый стук окно -
Решено!

Ну, пока!
Недосказанное — камнем — на века,
А забвения река — ой глубока!
Лентой треплется дорожная тоска.
Нелегка дорога дурака.

ingenieurin: (Default)
Шерстяным клубочком ночь
Закатилась под кровать.
Зимний сон не превозмочь,
Остается лишь вязать
Теплый шарф из сладких снов
Из-под смеженных очей,
Для ненастных вечеров,
Для заснеженных ночей.
Кружка чая поутру,
И дорожка чуть видна,
Стынут губы на ветру.
Из замерзшего окна -
Люди, ветви без листвы.
Едешь, дремлешь, но не спишь —
Приоткрытый глаз совы,
Что высматривает мышь.
Снова дом, тепло и чай.
Ноги в кресле подобрав,
Тихо спицами стуча,
Декабрю вяжу я шарф.
ingenieurin: (Default)

Увидишь. Но поймешь ли что — тебе?
А если и поймешь, то много ль толку?
Решишь: не стоит, и посмотришь волком...
Затравленным... Озлобленным... Судьбе

Давно покорным, ничего не ждущим,
Не ищущим неведомых путей,
Не радым появлению гостей...
Давно ведомым чем-то — не ведущим!

А я не протяну тебе руки —
Не удалось родиться той надежде,
Которой умереть судилось прежде —
Я вижу, что и помысел — в штыки!

Я отвернусь и зашагаю вдаль
По желтым кирпичам своей дороги,
И стану жить, не ведая тревоги,
Иным лекарством утолив печаль.

А ты? А я? А как же этот свет,
Что исходил из той, другой вселенной,
Которая осталась незабвенной
В воображеньи, но на деле — нет?

Пусть он не гаснет в сердце никогда,
Пусть он тебя тайком незримо греет
Тогда, когда и пепел мой развеют
В твоей недолгой памяти года.

Я знаю

Jul. 7th, 2004 04:29 pm
ingenieurin: (Default)

Я свет погашу и окно закрою —
Я знаю, как я уйду —
И коль не забуду, ему, герою,
Вручу второпях звезду.

Я в небе парить высоко не смела,
Плыла по теченью вниз.
И все же — поди ж ты! — смогла, сумела
Исполнить один каприз.

Не смеха, ни слов не оставлю в память
О том, что была я здесь.
И дух мой начнет постепенно таять,
Пока не исчезнет — весь.

Возьми же подарок — пускай ни звука,
Но только не пряча глаз.
Чего уж бояться? Свое разлука
Отымет в урочный час.

Я свет погашу и окно закрою —
Я знаю, как я уйду —
Осенней безветренною порою
Впущу на порог беду.

Custom Text

Profile

ingenieurin: (Default)
Marina Omelianenko

May 2014

S M T W T F S
     123
4 567 8 9 10
11 1213 1415 16 17
18 192021222324
2526 2728293031

Most Popular Tags